Глава 1

А4.
Название: Без сердца
Бета: galagri
Пейринг: ДМ/ГГ, упоминается ДМ/ГП
Рейтинг: NC-17
Жанр: PWP, ангст.
Размер: мини.
Саммари: что еще нужно настоящему Малфою?
Категория: гет/слэш
Дисклеймер: все права на героев и мир "Гарри Поттера" принадлежат Д.Роулинг

***

«Поттер ушел, а грязнокровка осталась, – крутится в голове у Драко, не переставая, – он ушел, а она осталась!» И фоном проносится мысль: «Резинка трусов, чертова резинка трусов!»

Почему-то с ним Малфой никогда не задумывался о том, как поэлегантнее избавиться от трусов – просто стягивал их впопыхах, зашвыривая, куда придётся.

С Гарри всё казалось проще в тысячу раз и сложнее одновременно. Его не заводила нежность. С ним можно было быть грубым, грубее, ещё и ещё.

А Пэнси, первая девушка Драко, предпочитала быстрый секс. Она обычно и трусы-то не носила, когда они встречались, и лифчиков никаких не было.

Хорошо хоть, и грязнокровка сегодня обошлась без этой нелепой женской штучки.

Грудь у неё маленькая, красивой формы. Пальцы Драко плотно обхватывают полушария, а затем сжимают соски.

Гарри, когда Драко дотрагивался до его сосков, обычно вскрикивал. – Она лишь закусывает губы и замирает.

Драко облизывает её грудь и спускается вниз, проводя влажным языком по животу.

Пресс Поттера в этот момент напрягался. – Она закрывает глаза и расслабляется.

Гарри, когда Драко проводил языком по внутренней части бедра, шумно вздыхал. – Грейнджер вздрагивает.

Когда Драко обхватывал ртом его член, и нежно или страстно – в зависимости от обстоятельств – делал ему минет, Гарри всегда зарывался пальцами в волосы Драко, задавая нужный темп, стараясь как можно глубже проникнуть в горло и как можно больше получить удовольствия. – Она же, в тот момент, когда Драко вылизывает её и ласкает языком клитор, лишь робко разводит ноги и не двигается, и, кажется, старается не дышать.

Кончая, Грейнджер лишь прикусывает губу, и Драко в момент её оргазма всегда думает о том, чьё же имя вертится на языке грязнокровки – его или Поттера?

Это её тайна. Она никогда не признаётся ему в любви и никогда не говорит о своих чувствах к Поттеру. Они вообще мало говорят, только по делу, и никогда – в постели.

Гарри всегда громко стонал, требуя ещё и ещё, во время оргазма обычно кричал, стискивая до боли его плечи, оставляя отметины от ногтей. – А она – молчит.

Драко всегда заводило, как он отдавался и брал. – А грязнокровка лежит под ним, как монашка, и никогда не проявляет инициативу. Их позы можно пересчитать по пальцам. По пальцам одной руки. Обычно это миссионерская, Грейнджер не любит быть сверху и никогда не даёт в зад.

И всегда это кровать. С гриффиндорской расцветкой белья, узкая. От одного вида которой к горлу Драко подкатывает тошнота, и начинают подкашиваться ноги.

А с Поттером они, как кошки, где только не пометили территорию. Подсобка Филча по сравнению с некоторыми экзотическими местами была на редкость удобным и комфортным местом. Гарри мог схватить Драко во время перемены и затащить в первый попавшийся класс. Распластав на парте, спустить штаны и трахнуть всухую, без всякой подготовки и прелюдии, не всегда заботясь о том, успеет Драко кончить или нет.

Грейнджер всегда отмечает момент его оргазма. И всегда делает так, чтобы он кончил, даже тогда, когда ему этого не хочется. И имитирует свой оргазм, хотя иногда Драко кажется, что ему не удалось это удовольствие доставить.

Поттер, когда Драко входил в него, широко разводил ноги и расслаблялся и, если позволяла поза, смотрел прямо в глаза. – Грейнджер сжимается, принимая его большой член со скорбной покорностью. И никогда не смотрит на Драко.

Малфой медленно, очень медленно, по миллиметру начинает входить в её горячее лоно, которое плотно обхватывает его член, и на секунду замирает; момент проникновения всегда доставляет ему острое удовольствие. Даже вот так – с ней. Хотя с Гарри оно было на порядок острее и чувственнее.

Грейнджер сдавленно вскрикивает, но не отстраняется. Она пытается привыкнуть к его размеру. – Он же всегда насаживался сам, не позволяя с ним нежничать. Только в свой первый раз, когда был девственником, и немного нервничал.

Она никогда не вылизывает ему яйца, не говоря уже о римминге. – А Гарри всегда уделял этому большое значение. Делал всё с особой страстностью.

Первый раз, когда это случилось, Драко чуть не сошел с ума. Нет, не оттого, что чувствовал, а от того, чей это язык.

Поттер перевернул его на спину, развел руками ягодицы и робко лизнул вход. Драко лишь сдавленно засопел, не в силах прийти в себя от заполнившего его в тот момент чувства необычайного восторга, и кончил, едва рука любовника прошлась по члену.

А грязнокровка даже не предполагает, что Драко способен в постели хныкать, как девчонка.

Он размеренно входит в её тело, пытаясь сосредоточиться на ней и своих ощущениях. – С Поттером не получалось отвлекаться и думать, в момент их близости Драко не способен был обращать внимание на что-либо – всегда только на него.

Малфой входит и выходит, снова и снова, ритмично и размеренно, стараясь задеть своим членом все её чувствительные точки.

Их объединяет общее безумие, имя которому – Поттер – Мальчик-который-выжил-и – победил-Темного-Лорда.

Герой не может вести двойную жизнь, не может трахать своего бывшего школьного врага, сына Пожирателя, и спать с девушкой своего друга. У героя должна быть незапятнанная репутация – красавица подруга, в перспективе – жена, и куча детишек разного возраста и пола.

Герой, как знамя, – красивый чистый.

Чистый и незапятнанный.

Чистый и незапятнанный.

Чистый. И… незапятнанный. Чистый. И… незапятнанный.

Драко слышит её сбившееся дыхание и усиливает темп.

Чистый… и… незапятнанный. Чистый. Чистый. Чистый. Чистый.

На мгновение лицо грязнокровки озаряется внутренним светом, и Драко ощущает пульсацию мышц влагалища, она резко подносит руку к лицу и, закусывая её, бездумными глазами смотрит сквозь него – в пустоту.

И в этот момент Гермиона прекрасна.

Драко в последний раз делает резкий толчок, чувствуя быструю, жгучую вспышку оргазма, и содрогается, изливаясь и падая сверху. Она молча гладит его по спине. На сегодня их ритуал закончен.

«Герой не может вести двойную жизнь, он не может трахать своего бывшего школьного врага, сына Пожирателя!» – так сказал Поттер, перед тем как окончательно уйти из его жизни.

Он, трахая свою рыжую девку, должно быть, думает совсем не о Драко, а о том, что победа над Волдемортом – достойная цена за всё, что он потерял и от чего отказался.

Малфой скатывается с Грейнджер и брезгливо морщится, чувствуя себя и грязным и запятнанным.

Зачем она спит с ним, сыном Пожирателя, и человеком, которого презирала все школьные годы? Возможно, он – ниточка, ведущая к Поттеру. Трахаясь с Малфоем, она частично принадлежит ему.

Зачем это делает Драко? Из чисто слизеринского чувства справедливости, которое у него болезненное и извращенное.

Он лишь хочет отдать долг, сломав её, чтобы хоть так – через подружку – грязнокровку – достать Поттера. Отдать частицу той боли, что поселилась внутри, когда его выкинули с такой же небрежностью, с какой старший Малфой избавлялся от старых перчаток.

Герой не может трахать сына Пожирателя, он не может подставлять зад своему школьному врагу! Он не может подставлять свой зад!

Сын Пожирателя может и будет трахать грязнокровку, если ему это выгодно, да ещё и получит удовольствие от процесса.

Грейнджер уже одета, стоит у кровати и странно смотрит на него. Обычно она уходит, не оглядываясь.

Драко понимает, что его звездный час настал. Вот момент истины!

Момент, ради которого он с ней связался.

Грязнокровка только успевает сказать:

– Драко…

Обычно она зовет его по фамилии.

– Я женюсь. Через месяц, – Малфой делает незначительную паузу, собираясь, как змея перед броском. – И понятно, это будешь не ты! – Она замирает и растерянно смотрит на Драко. – А ты мне надоела. Совсем. Ты терпимая подстилка, но на постоянную любовницу не тянешь, – добавляет он. Грейнджер бледнеет. – Ты бесчувственна в постели, как бревно, даже дрочить приятнее, чем быть с тобой.

– Зачем тогда? – тихо спрашивает она, сдерживаясь, чтобы не заплакать. – Что я тебе сделала, Малфой?

– Передай привет Поттеру. Пламенный. Он поймет. – Драко уже одет и стоит напротив, холодно и равнодушно рассматривая её, как незначительную букашку.

–Ты бесчувственная скотина! – цедит Грейнджер. – У тебя нет сердца, тварь!

Хорошо держится! Малфой почти восхищен.

– У меня оно было, – глухо говорит Драко, проходя мимо, – но Поттер решил, что оно мне не нужно.

И выходит, чувствуя себя необыкновенно свободным и наконец-то удовлетворенным.

Проход за ним исчезает. И Малфой мысленно ставит крест на прошлом.
И ему уже практически безразлично, что будет с Грейнджер и Поттером дальше.

Про себя Драко знает: он женится – род Малфоев не должен угаснуть.
Видит Мэрлин, он всеми силами сопротивлялся, взять хотя бы эту сомнительную связь с Поттером. Но теперь его сердце никто не разобьет. Трудно разбить то, чего нет.

Насвистывая веселый мотивчик, Драко спускается по лестнице вниз.

Его ждет красавица-невеста Астория. Очаровательное имя, и она – блондинка.

Что еще нужно настоящему Малфою?

Положение в обществе и счет в банке.

Конец.